К.В. Тревер

Бактрийский бронзовый фалар с изображением Диониса.

// Труды Государственного Эрмитажа. Т. V. (Культура и искусство народов Востока, 6). Л.: 1961. С. 98-109.

В 1952 г. в Сталинабаде, на территории древнего городища, на левом берегу р. Дю­шамбинки, был найден бронзовый предмет, привлёкший к себе внимание местных архео­логов ¹ [1] (рис. 1-5).

Предмет этот, судя по оборотной пластине с петлями, является фаларом, т.е. частью конского украшения (рис. 3). Словом «фалар» (от греческого φάλος — металлический гребень шлема) обозначались и украшения шлема, и орнаментированные бляхи от конской сбруи, а в римском быту — военные нагрудные знаки отличия.

Фалар (диам. 14,4-14,5 см) состоит из двух бронзовых пластин, лицевой и оборот­ной, скреплённых бронзовым ободком. На задней пластине имелось шесть расположенных по кругу петель в виде дужек (три из них сохранились).

Бронзовый ободок, скрепляющий с помощью одиннадцати заклёпок обе пластины, состоит из узкой полосы (шир. 4-4,5 мм), позолотой не покрытой; вдоль неё выбит жело­бок. Шляпки бронзовых заклепок (диам. 2-2,5 мм) на лицевой стороне несколько выступают (на 2-2,5 мм).

В высоком рельефе на фаларе изображена голова юноши, обращенная несколько вправо. Повязка в виде ленты охватывает волосы, закрывая верхнюю часть лба; над ушами — кудрявые пряди обвивают повязку. Надо лбом, по сторонам пробора, мастер изобразил две короткие изогнутые пряди, напоминающие два крылышка или маленькие рожки. За ними вверху головы показаны два крупных цветка в виде многолепестковой розетки, от которых спускаются, как это видно на правой стороне головы, крупные остроконечные листья, по-видимому стилизованная передача плюща. Слева (справа от зрителя) ниже ли­стьев изображены ниспадающие на плечи пряди волос в виде отдельных, схематизованно переданных, спирально вьющихся локонов. Такие же пряди имелись и справа (эта часть фалара пострадала).

Овальное лицо тонко моделировано, причём обращает на себя внимание более тщатель­ная обработка правой половины лица, что при повороте (хотя и небольшом) головы вправо — вполне естественно, и могло бы говорить о том, что смотреть на изображение предполагалось снизу, т.е. что оно находилось выше глаз зрителя; в некотором ракурсе показано и левое плечо. Следует отметить невысокий широкий лоб, выступающие надбровные дуги, большие удлинённые прорезы глаз, из которых выпала инкрустация, узкий длинный нос (конец

(98/99)

его повреждён), небольшой рот с извилистыми пухлыми губами; в середине над верхней губой — ямочка; нижняя губа повреждена. Подбородок и шея — довольно широкие и тяжёлые (рис. 1 и 4).

Одежда состоит из нижнего гладкого одеяния (рубашки?), имеющего спереди разрез, и складчатого хитона, покрывающего оба плеча и спускающегося складками на грудь; широкая перевязь идёт с левого плеча и теряется в складках у разреза рубашки.

Рельеф на лицевой пластине выполнен чеканом с оборота ¹, [2] затем резцом были нане­сены детали (пряди волос, складки одежды и др.), причём они наносились, по-видимому, поверх позолоты, которой покрыта вся лицевая пластина фалара ². [3]

Фалар был найден покрытым окисью, после снятия которой выяснилась довольно хо­рошая его сохранность; повреждены лишь нос, надбровная часть правого глаза и нижняя губа. Сквозные проломы имеются над правым плечом; позолота пострадала в незначитель­ной степени.

Рельефы на фаларах являлись обычно подражанием выдающимся произведениям искус­ства. Как известно, среди памятников греко-бактрийского искусства имеется несколько пар больших конских фаларов (диам. 24-29 см), украшенных чеканными изображениями бое­вого слона, свернувшегося в круг дракона и др.¹. [4] Имеется среди памятников греко-бактрий­ского искусства и несколько медальонов типа античных emblemata с изображением бо­гини-охотницы ² [5] и богини Хванинды ³, [6] украшавших, по-видимому, дно чаш, а, быть мо­жет, и шлем (рис. 6-7).

На территории Бактрии, на которой обнаружен изучаемый в данной статье фалар, в 1947 г. к югу от Кабула, в Мир Заках (около Гардеза) ⁴, [7] был найден в составе клада мо-

(100/101)

нет и бронзовый небольшой фалар (диам. 5,8 см), на котором изображён женский бюст (в фас), украшенный пышным ожерельем и крупными серьгами; за плечами неумело пока­заны два крылышка ¹ [8] (рис. 8). Это, по-видимому, местная богиня Хванинда, изображения которой известны и по кушанским монетам ². [9] Изображение богини обнесено рамкой из схематизованной ветки и бордюром крупных иоников (или ов) — отголоском античной орнаментики, тогда как тяжёлые формы лица, крупные глаза, негреческая одежда, форма серёг и ожерелья и особенно причёска, напоминающая упомянутый медальон с богиней-охотницей ³, [10] говорят о местном образе богини, созданном, по-видимому, в кушанский период ⁴. [11]

Местным мастером, пользовавшимся античными образцами, был, по-видимому, изго­товлен также серебряный медальон, обнаруженный во время раскопок в Таксиле (Пенд-

жаб) ¹ [12]: на нем изображён бюст Диониса или силена с повёрнутой вправо головой, в венке из гроздей, с канфаром в неумело показанной правой руке (рис. 9).

В эллинистический период и в начале нашей эры не только в Греции, в Риме и его провинциях (Боскореале, Помпеи, Хильдесгейм и др.), но и в таких отдаленных странах, как в Бактрии, Индии, Ливии, подвергшихся воздействию эллинистической культуры, наблюдается пристрастие к украшению настольных чаш и блюд, крышек зеркал, шлемов и конской упряжи рельефными чеканными медальонами из серебра или бронзы с позолотой. Эти ме­дальоны (emblemata) изготовлялись и крупными мастерами и мастерами-ремесленниками.

У Цицерона в его речи, произнесённой против Верреса, правителя Сирии, в 70 г. до н.э. упоминаются подававшиеся гостям «небольшие чаши, украшенные медальонами» (pocula non magna verum tarnen cum emblemata) ². [13] Перечень художников-торевтов, про­славившихся изготовлением серебряных чаш, украшенных рельефными медальонами (phia­lae emblematae), приводится у Плиния ³. [14] В римском обиходе эти медальоны носили другое

(102/103)

название, а именно — crustae; соответственный торевт, серебряных дел мастер, Тевкр у Плиния назван crusta­rius ¹. [15] Цицерон в упомянутой речи против Верреса обви­нял последнего, между прочим, и в том, что коллек­ционируя медальоны, он неоднократно, будучи пригла­шён на празднество, снимал с чаш прекрасные медальоны и уносил их ². [16]

У Плиния имеется упоминание о снятии слепков с го­товых сосудов, — деталь для нас особенно интересная: говоря о художниках, изготовлявших пиршественные чаши, он называет и мастера Пифеаса, кубки которого отличались такой тонкостью и хрупкостью, что с них «нельзя было оттиснуть слепок во избежание поврежде­ния их» (е quibus ne exemplaria quidem liceret exprimere, tam opportunae iniuriae subtilitas erat) ³. [17]

Это высказывание Плиния позволяет сделать заклю­чение, что в это время существовал обычай изготовлять слепки с более прочных пиршественных чаш. Наглядным доказательством этому служат наборы медальонов-слеп­ков, которые были найдены в разных странах, находив­шихся в своё время под воздействием античной куль­туры. Большой набор слепков (50 шт.) был обнаружен и на территории Бактрии во время раскопок 1939-1940 гг. в Беграме, древней Капише (Афганистан) ⁴. [18] Эти гипсовые медальоны являются, по словам изучавшего их О. Курда, слепками с медальонов, припаянных к сосуду. Они висели, должно быть, на стенах мастерской, судя по дырочкам, просверленным в бортиках ⁵, [19] и служили своего рода об­разцами.

Тематикой беграмских слепков являются главным об­разом персонажи вакхического круга — Дионис, сатиры, силены, вакханки, т.е. сюжеты, наиболее подходящие для украшения пиршественных чаш. Но местный заказчик мог выбрать и для конского фалара приглянувшееся ему изоб­ражение из числа этих вакхических образов.

О. Курц датирует беграмские слепки I-II веком н.э., полагая, что оригиналы их были созданы в Александрии в I веке н.э., а, может быть, и несколько раньше ¹. [20] Эту дату Ш. Пикар считает заниженной, полагая, что эти слепки могут восходить и ко времени Селевкидов и Лагидов ². [21]

В связи с замечательными медальо­нами Беграма нельзя не вспомнить ана­логичную находку в Херсонесе, где в ма­стерской гончара в 1888 г. были обнаружены глиняные формы для оттиска медальонов (40 целых и множество обломков) ³. [22] Б.В. Фармаковский и В.К. Мальмберг тогда же указывали на то, что в середине III века до н.э.⁴ [23] в ходу было подражать в глине драгоценным сосудам из серебра и золота ⁵. [24] По мнению Э. Миннса, датирую­щего херсонесские формы второй половиной III века до н.э., одни из них были сделаны с emblemata в серебряных чашах, другие воспроизводили мраморную скульптуру, третьи — терракотовые оригиналы ⁶. [25]

Другая интересная находка этого же рода была сделана в Египте около 1907 г., когда в продаже в Каире появились 77 слепков, найденных в Мит Рахине, в развалинах Мемфиса ⁷. [26] И эти слепки (из крупнозернистого гипса) предназначались для подвешива­ния, судя по отверстиям — дырочкам в борту, и были сделаны с оригиналов IV-III веков до н.э., созданных в Малой Азии, Южной Италии, Греции и на Родосе ⁸. [27]

Приведённые примеры говорят о том, что творения эллинистических мастеров-торев­тов были широко известны благодаря обычаю снимать с них гипсовые слепки, которые торговыми путями завозили в далекие страны.

Кто же изображён на нашем фаларе? Судя по плющевому венку, двум пучкам цветов надо лбом, по опускающимся на плечи локонам, по предмету с шишкой на конце около головы справа (непонятое изображение тирса), перед нами широко распространенный, начиная с IV века до н.э., канонический образ юного Диониса, образ, созданный Пракси­телем. Находящиеся в Эрмитаже и в Лувре мраморные статуи юного Диониса являются римскими копиями, воспроизводящими, по-видимому, знаменитую бронзовую статую Вакха, о которой, как о творении Праксителя, упоминает Плиний ⁹ [28] и описание которой имеется у Каллистрата (III век до н.э.).

(104/105)

Особый интерес для нас представляет хранящаяся в Риме, в Капитолийском му­зее, мраморная голова Диониса, дающая представление о бронзовом оригинале Прак­сителя ¹ [29] (рис. 10), для которой характерны мягкие очертания удлиненного лица, при­дающие ему женственный характер, разде­ленные пробором волосы, охваченные на лбу лентой, вьющимися прядями зачесан­ные назад (где они перевязаны узлом) и отдельными локонами спадающие на плечи. Голова обращена на зрителя в три четверти и слегка наклонена. В волосах, по сторонам пробора, изображено по круп­ному цветку.

При сопоставлении этой головы с изо­бражением на нашем фаларе мы видим пе­редачу, хотя и отдаленную, именно этого образа Диониса с его прямым носом и не­большим ртом с извилистыми пухлыми губами; только подбородок и щеки на фа­ларе даны более массивными. Чтобы пред­ставить себе степень излюбленности и ши­рокую распространенность именно этого образа, созданного Праксителем, достаточно упомянуть серебряную монету второй поло­вины IV века до н. э., чеканившуюся во Фракии (город Маронея) ². [30] Канонический тип этот продолжал ³ [видимо, опечатка, верную сноску 3 см. ниже] существовать в нумизматике в последующие века и вдали от Греции, между прочим и на Босфоре: известна дидрахма Пантикапея первой четверти I века до н.э., на которой изображена такая же голова юного Диониса ³. [31]

Об излюбленности образа Диониса и в начале н. э. можно судить по двум сосудам зна­менитого клада из Боскореале ⁴. [32] Еще во II веке н.э. Лукиан в своем посвященном Вакху сочинении описывает его как «совершенно безбородого, не имеющего даже признака пушка на щеках, рогатого, виноградными гроздьями увенчанного, повязкою по кудрям пови­того...» ⁵, [33] т.е. дается перечень всех отличительных признаков канонического типа юного бога вина и веселья. Упомянут здесь еще один признак — рога. В этой связи большой ин­терес представляют на фаларе две короткие, изогнутые пряди надо лбом Диониса. Имел ли мастер в виду два коротких локона или ему известны были изображения Диониса с ма­ленькими бычьими рожками, как его начали изображать со времен Диадохов ⁶ [34] и как он описывается у Лукиана ⁷, [35] — этот вопрос остается открытым. На капитолийском бюсте около цветов под волосами едва намечены небольшие рожки, по которым еще искусствовед Г. Мейер, друг Гёте, определил этот бюст, как изображение Диониса, а не Ариадны, как до него полагали ⁸. [36] Не исключена возможность, что на фаларе имеются в виду не рога, а два крылышка: у Павсания есть указание на статую крылатого Диониса в Амик-

лах ¹. [37] В Музее в Кембридже хранится бронзовый фалар римского времени, найденный в Честерфильде (Англия), где изображена голова Диониса в плющевом венке и с крылыш­ками у висков ². [38]

Большой интерес представляет вопрос, каким образом мастер, изготовивший в Бактрии фалар, мог обладать сведениями об определённом греческом типе изображений Диониса?

Как известно, мастера, работавшие в Средней Азии, ещё со времен походов Александра имели возможность знакомиться с памятниками эллинского и потом эллинистического искусства: на реверсах греко-бактрийских монет имелись воспроизведения типов статуй Лисиппа ³. [39] С искусством Праксителя местные мастера могли тоже ознакомиться, если не по оригиналам его творений, то, быть может, благодаря гипсовым слепкам, большое коли­чество которых, как я указывала выше, ввозилось в страны Востока и, между прочим, в Бактрию, судя по находкам в Беграме. Так, например, близким по типу к праксителевской школе является юношеский бюст на одном из медальонов Беграма ⁴ [40] (рис. 11). Не исключена

(106/107)

возможность, что перед нами и здесь один из вариантов изображения молодого Диониса, судя по повязке, сдерживающей разделённые пробором и ниспадающие на плечи волосы, и по венку из листьев. Если сопоставить складки одежды на этом беграмском медальоне с переда­чей их на фаларе, то видно, что бактрийский мастер не очень хорошо представлял себе по­крой греческого хитона и гиматия, поэтому, подражая образцу, он передал его весьма свое­образно.

На вопрос о времени, когда мог быть изго­товлен изучаемый фалар, можно было бы отве­тить указанием на довольно широкие рамки — на те века, когда именно этот облик Диониса получил широкое распространение, т.е. с III века до н.э. и до I-II веков н.э.

На территории Средней Азии, судя по гре­ко-бактрийским монетам, праксителевский образ головы Диониса известен был уже в первой поло­вине II века до н.э., судя по монетам царя Агафокла, изображавшего себя в виде Диониса в плющевом венке с двумя крупными цветками надо лбом, со свисающими на шею локонами и с тирсом, показанным за головою ¹ [41] (рис. 12).

Таким образом, фалар, повторяющий этот образ Диониса, мог быть изготовлен в Бакт­рии, начиная со II века до н.э. и не позднее I века н.э., так как на кушанских монетах II-III веков изображение Диониса отсутствует.

Особое значение найденного в Сталинабаде фалара заключается в том, что он отчетливо говорит о проникновении эллинистической культуры и до правобережья Аму-Дарьи, если только этот предмет не был завезен с юга.

Чему подражал и чем вдохновлялся мастер — монетами ли Агафокла, культовой ли статуей Агафокла в виде Диониса, если таковая существовала, или же до мастера дошли с далекого Запада гипсовые слепки того типа, что найдены в Беграме ², [42] — на этот вопрос ответить трудно. В данной связи одна деталь — инкрустированные глаза — особенно ин­тересна, потому что этот технический приём, насколько я знаю, встречается только на этом бронзовом фаларе, а это могло бы говорить о бронзовом прототипе — о бронзовой статуе или о бюсте, который был известен художнику.

О. Курц, исследовавший беграмские слепки, заканчивает изучение их словами: «Нам неизвестно назначение этих гипсовых слепков после того, как они были привезены в Бактриану. Воздействовали ли они на местное искусство? Доказательств этому у нас пока не имеется» ³. [43] Мне думается, что доказательством того, что слепки воздействовали на мест-

ное искусство, является не только сталинабадский фалар с Дионисом, но и упомянутые серебряный медальон с бюстом силена в Таксиле (Индия) и бронзовый медальон из клада Мир-Заках в Афганистане.

A BACTRIAN BRONZE PHALARA WITH THE IMAGE OF DIONYSUS

K.V. Trever

A bronze phalara found accidentally in 1952 on the territory of the ancient site in Sta­linabad (Tadjikistan) is described in the article. The phalara consists of two bronze plaques fastened by a bronze hoop. On the reverse of the phalara there Were six bronze loops; on the obverse the head of a youth is represented in high relief. The relief on the obverse was embossed from the reverse, then the details were chased by chisel. The whole plaque is gilded.

(108/109)

The author presents ample material in favour of the opinion that the reliefs on some phalara were imitations of well-known works of art. The images on the phalara were copied from the plaster moulds of emblemata of silver bowls or reproduced a marble sculpture or some ter­racotta originals. The plaster moulds of similar kind were found on the territory of Bactria, the Northern Black Sea coast, Egypt, etc.

The iconography of the figure represented on the phalara suggests that we have here a rep­roduction of the image of Dionysus to be traced back to the famous bronze statue of Bacchus by Praxiteles.

Praxiteles’ head of Dionysus, judging by the Greco-bactrian coins (coins of Agathocles), was already known in the first half of the II century В.С. Thus the phalara might have been manufactured in Bactria within the period from the II century B.C. up to the I century A.D.

[1] ¹ Б.А. Литвинский сообщил мне о находке этого фалара и прислал подробное его описание и фотогра­фии, за что приношу ему мою большую благодарность. Фалар был найден школьниками, учениками V класса 2-й мужской школы (Геннадием Макаровым и др.), игравшими на территории городища, которое археологически еще не изучено, хотя на нём, как сообщает мне Б.А. Литвинский, находят предметы, относящиеся к «античному» и к «сасанидскому» периодам. Школьники сдали фалар в Республиканский историко-краеведческий музей, где он хранится за инвентарным номером И-1618. Считаю своим долгом выразить мою признательность научному сотруднику названного музея Е.В. Зеймалю, приславшему мне для работы прекрасный слепок с фалара, изготовленный Η.Η. Горте, и штриховые рисунки А.И. Макухи.

[2] ¹ Высота рельефа в области лба — 3,4 см (при измерении от задней поверхности), в области плеч — 1 см.

[3] ² Эта деталь отмечена в описании, сообщённом мне Б.А. Литвинским. Позолота, по его мнению, со­стоит из прикреплённых к поверхности тонких золотых листов.

[4] ¹ К.В. Тpевер. Памятники греко-бактрийского искусства. М.-Л., 1940, табл. 1-6. — И на Западе широко был распространён обычай украшать конскую сбрую фаларами, о чём свидетельствует, между прочим, находка ещё в 1854 г. в римском лагере Ветера около Ксантена (на нижнем Рейне) четырёх, тоже бронзо­вых, но посеребрённых фаларов, украшенных горельефными мужскими головами, датированных, благо­даря надписи на одном из них, серединой I в. н.э. См. H. Lеhnеr. Das Römerlager Vetera bei Xanten. Bonn, 1926, стр. 41. Abb. 23, Tafel I.

[5] ² К.В. Тревер. Ук. соч., табл. 12.

[6] ³ Tам же, табл. 13.

[7] ⁴ R. Curiel et D. Schlumberger. Le trésor de Mir Zakah près de Gardez. MDAFA, t. XIV. Paris, 1953, табл. VII (внизу в центре).

[8] ¹ R. Curiel ошибочно полагает, что за плечами показаны листья или пламя (см. ук. соч., стр. 83).

[9] ² К.В. Тревер. Ук. соч., табл. 13, стр. 64-67.

[10] ³ Там же, табл. 12.

[11] ⁴ Медальон этот найден в составе клада различных монет IV века до н.э. — III века н.э. Не исклю­чена возможность, что этот медальон служил украшением саркофага, как аналогичные по характеру золо­тые медальоны, найденные в 1936 г. в одном из погребений Istyle='font-size:12.0pt'> века н.э. около Эмесы в Сирии. Ср. H. Seу­rig. Antiquités de la nécropole d’Émèse. Syria, т. XXIX. Paris, 1952, стр. 249-250, pl. XXVIII.

[12] ¹ J. Marshall. Taxila, т. II. Cambridge, 1951, стр. 614-615; т. II, табл. 209 а (№ 21).

[13] ² Сiсеro. In Verrem. IV, 22, 49.

[14] ³ Plinii. Naturalis historia, кн. XXXIII, 156. (изд. K. Jex — Blake and E. Sе1ders. The Elder Pliny’s chapters on the history of art. London, 1896).

[15] ¹ Там же, кн. XXXIII, 157.

[16] ² Сiсеro. In Verrem. IV, 22, 49. Об обилии серебряной столовой утвари в это время можно судить по сохранившемуся частично инвентарному списку (начертанному курсивом I века н.э. на папирусе № 8935 Берлинского собрания) с кратким описанием и указанием количества и веса сосудов, упакованных в ящики, принадлежавших богатому римлянину, жившему в Фаюме. См. F. Drехеl. Ein ägyptisches Silberinventar der Kaiserzeit. Mitteilungen des Deutschen Archäologischen Instituts, Römische Abteilung, Bd. XXXVI-XXXVII. Rom, 1921-1922, стр. 34-37.

[17] ³ Plinii. Naturalis historia, кн. XXXIII, 157.

[18] ⁴ J. Hасkin. Nouvelles recherches archéologiques à Bégram. (1939-1940). Paris, 1954, стр. 110, стр. 274-320.

[19] ⁵ O. Kurz. Bégram et l'Occident gréco-romain, глава в книге: J. Haсkin. Ук. соч., стр. 138-140. По мнению R.Е. Wheeler (Romano-buddhist art: an old problem related. Antiquity, т. XXIII, № 89. Lon­don, 1949, стр. 14), эти медальоны являлись оригинальными моделями для изготовления медальонов на дне серебряных чаш — мнение, с которым не соглашается О. Курц (ук. соч., стр. 139-140). Эти медальоны воспроизведены в указанной статье R.Е.М. Wheeler, табл. IX (два медальона). См. также: Ahmad Ali Коhzad. Bégram à la lumière d'un récent ouvrage intitulé» Nouvelles recherches archéologiques à Bégram», Afghanistan, t. X, № 4. Kaboul, 1955, табл, к стр. 4.

[20] ¹ О. Кurz. Ук. соч., стр. 138-140. Ср. также: Achille Adriani. Segnalisazioni alessandrine I. Le scoperte di Begram e l’arte alessandrina. Archaeologia Classica, т. VII, fasc. 2. Roma, 1955, стр. 124-138.

[21] ² Сh. Picard. Рецензия на книгу Hackin (см. мою стр. 103, прим. 4) в Comptes rendus de l’Académie des inscriptions et belles-lettres. Paris, 1954, стр. 490-491.

[22] ³ ОАК за 1882-1888 гг., стр. CCXI.

[23] ⁴ В.К. Мальмберг. Описание классических древностей, найденных в Херсонесе в 1888 и 1889 гг. MAP, № 7, СПб., 1892, стр. 9, 10, 21.

[24] ⁵ Б.В. Фармаковский. Обломок глиняной чаши, украшенный рельефом, из Ольвии. ИАК, вып. II СПб., 1902, стр. 75-77; К.В. Тpевер. Полихромная ваза 1901 г. из Ольвии. MAP, № 36, СПб., 1918, стр. 66.

[25] ⁶ E. Minns. Scythians and Greeks. Cambridge, 1913, стр. 364-366, 385.

[26] ⁷ O. Rubensohn. Hellenistisches Silbergerät in antiken Gipsabgüssen. Berlin, 1911.

[27] ⁸ О. Rubensohn. Ук. соч., стр. 87-88.

[28] ⁹ Плиний, кн. XXXIV, 69.

[29] ¹ W. Helbig. Führer durch die Sammlungen classischer Altertümer in Rom, Bd. I. Leipzig, 1912, стр. 495, № 880 (5). Фотография Алинари, № 5982.

[30] ² B.V. Head. Historia ton nomismaton, т. I. En Athenais, 1898, стр. 319, табл. Ιθ, 1.

[31] ³ A.H. Зorpaф. Античные монеты. МИА, вып. 16. М.-Л., 1951, табл. XLIII, 5, стр. 186.

[32] ⁴ A. Héron de Villefosse. Le trésor de Boscoreale. Monuments et Mémoires. Fondation E. Piot. t. V, 1899, pl. XIX et XXIX.

[33] ⁵ Лукиан. Про Диониса, § 2.

[34] ⁶ E. Thraemer. Dionysos. Roscher’s Lexikon der griechischen und römischen Mythologie, τ. I. Leipzig, 1884-1890.

[35] ⁷ Κερασφόρος. Лукиан. Про Диониса, § 2.

[36] ⁸ A. Baumeister. Denkmäler des klassischen Altertums, Bd. I. München — Leipzig, 1885, стр. 435.

[37] ¹ Павсаний. Описание Эллады, кн. III, гл. 19, 6: в Амиклах почитался Дионис Псилакс, т.е. крылатый. Об изображениях крылатого Диониса см.: E. Thraemer. Ук. соч., стр. 1152.

[38] ² Fasti archaeologici, т. I. Firenze, 1948, стр. 212, № 1793.

[39] ³ К.В. Тревер. Памятники греко-бактрийского искусства. М.-Л., 1940, стр. 16, 39 и сл.

[40] ⁴ J. Hасkin. Ук. соч., рис. 313-315. Диам. медальона — 22,3 см, выс. головы — 9,3 см.

[41] ¹ К.В. Тревер. Ук. соч., табл. 37, 5-6, стр. 131 и сл.

[42] ² Р. Гиршман, между прочим, допускает, что беграмские медальоны могли являться и работой греко-бактрийских центров. (Р. Гиpшман. Раскопки французской делегации в Беграме. КСИИМК, вып. XIII. 1946, стр. 10-11).

[43] ³ О. Куpц. Ук. соч., стр. 146. — Гизела Рихтер в статье, посвящённой вопросу о древних гипсовых слепках, полагает, что римские мастера пользовались слепками с памятников греческой торевтики V-II ве­ков до н.э. не только при изготовлении металлических предметов, но и при создании рельефов, гемм, рос­писей, светильников и пр., что «они служили им своего рода эскизами» — sketches (Gisela М.А. Richter. Ancient plaster casts of greek metalwork. AJA, т. 62, N 4, 1958 стр. 369, 377).

наверх